Чудо-олень
Прислушайся к голосу разума! Слышишь?.... Слышишь, какую ерунду он несет?
Нашлась статья прекрасная!

Дети и родители, пациенты и врачи. Каково быть ребёнком в России

Как мы уже рассмотрели в предыдущих записях, врач для пациента является архетипичной родительской фигурой, и одновременно, заболевший человек ощущает себя в чём-то ребёнком. В ситуации врачебной помощи есть много факторов, усиливающих эти ощущения ещё больше. В частности, их усиливает сама ситуация нуждаемости и зависимости; тревога о безопасности; стимулируют перенос такие ситуации, где нужда в помощи признана и удовлетворяется (например, частый контакт с медицинской службой или врачом), и т.д. Если же пациент (или врач) обладают ещё и особым типом личности, для которого характерна мощная проекция внутреннего мира вовне и дефицит ментализации (например, пограничное личностное расстройство), то перенос сформируется быстро и сильно, сразу с двух сторон. Можно сказать, что происходит создание психологической реальности, в которой пациент чувствует себя Ребёнком по отношению к врачу, который чувствует себя Родителем. То есть, встречаются либо два переноса, либо - перенос и контрперенос.

Тут самое время добавить, что перенос бывает негативным и позитивным, эта тональность зависит от того, какие чувства преобладают – отрицательные или положительные. Позитивный перенос связан с приятными и желательными фрагментами прошлого, негативный – с враждебными, страшными, неприятными фрагментами. Бывает и амбивалентный, т.е. двойственный, перенос. Например, человек может искать психологического сближения с врачом, но бояться его; может чувствовать себя очень зависимым и ненавидеть свою зависимость, может сильно привязываться к врачу, но не может ему доверять и т.д.

Возвращаясь к теме обсуждения, - и врач, и пациент попадают в особые состояния Ребёнка и Родителя, чувствуют себя в соответствии с этими состояниями, а также мыслят и действуют в соответствии с ними.

Что же это за фрагменты воспоминаний, что за особенности Родителя и Ребёнка, которые управляют участниками переноса? Почему в диаде «врач-пациент» в условиях РФ эти фрагменты и особенности так регулярно складываются в довольно уродливые и ранящие формы взаимодействия, хотя вообще-то детско-родительские отношения должны быть наполнены совсем другим?


Для этого нам придётся посмотреть немного шире и попробовать понять, как живётся в нашей ментальности среднестатистическому Ребёнку, что от него обычно ожидается. Как ведёт себя по отношению к нему средний Родитель (к родительским фигурам относятся не только реальные родители, но и учителя, старшие родственники, сотрудники учреждений, да и государство / общество в целом).

А живётся ребёнку… в общем, хреново.

Это очень грустно признавать, но ребёнок в нашей ментальности – не человек.

Его не то чтобы не уважают, его просто не видят. Он не присутствует как человеческое существо со всеми сопутствующими правами, потребностями и желаниями - вплоть до возраста, пока зубами и когтями не докажет своё право на присутствие (в некоторых случаях этот момент не наступает никогда).

Ребёнок в нашей ментальности должен быть по умолчанию благодарен родителю за сам факт своего рождения (хотя для детей эта категория благодарности слишком сложная, но это никого не волнует), а также за то, что родитель исполняет свои прямые обязанности по отношению к ребёнку: кормит, учит, даёт образование, терпит «непереносимое» детское поведение (которое является обычным детским поведением, свойственным возрасту, но непереносимым по факту для Родителя).
За это непереносимое поведение, за тяжкий крест родительства, за страдания родителя от ребёнка и пр., и часто за сам факт своего появления - перед родителем нужно чувствовать не только благодарность, но и вину, и ответственность, и стыд. Также нужно чувствовать вину и ответственность, например, за гнев родителя, и вообще за все чувства, которые вызывает у родителя ребёнок.

Необходимо быть удобным для родителя и не беспокоить его слишком часто, ведь ему очень тяжело от непереносимого детского поведения (см. выше). В том числе, родителю очень тяжело встречаться с обычной детской жизнью – её непредсказуемостью, незрелостью, детской потребностью в общении, помощи, развитии и пр. Ребёнок всем этим наносит родителю большой ущерб, и поэтому мешать собой родителю надо как можно меньше, начиная с самого раннего возраста, независимо от своих потребностей, и способности контролировать себя.

Необходимо всегда соответствовать ожиданиям родителя, вести себя так, как родитель считает нужным, даже в ущерб себе (т.к. ожидания родителя первичны). Желательно, вообще-то, быть полностью идеальным и совершенным (критерии родителя, конечно). Неидеальность и несовершенство, а также обычное детство и жизнь с её ошибками, развитием и сюрпризами – повод для наказания, потери родительский любви, игнора и разных других штук.

Надо обязательно уважать родителя, причём, уважение не может зависеть от его реальных поступков и его позиции по отношению к ребёнку, а только лишь от статуса. Родитель/взрослый – всё, надо уважать и подчиняться, слушаться (послушание является в нашей ментальности настолько важным, что его даже желают детям на дни рождения; видимо, тут есть связи с потребностью во власти, об этом я дальше буду говорить в главе про токсичную среду).

Нежелательно иметь своё пространство, развиваться, добиваться чего-то, иметь свою точку зрения, цели, принципы и ценности, во-первых, потому что родитель – главная фигура (см. выше про уважение и бесспорность всех действий). Во-вторых, с родителем нельзя конкурировать даже невольно - а самоутверждение и сепарация ребёнка в любом возрасте создают угрозу для руководящей и авторитетной позиции родителя.

Власть родителя безгранична - всемогущество выражается, в том числе, в том, чтобы делать по отношению к ребёнку всё, что родителю удобно/приятно/взбрело в голову, не считаясь с актуальным состоянием и потребностями ребёнка, так как они менее важны.

Родитель непредсказуем и опасен: постоянно злится на ребёнка за факт его, ребёнка, наличия и связанных с этим проблем (см. выше – непереносимое детское поведение). Эта злость выбрасывается внезапно и не уменьшается, например, Родитель может отругать и наказать Ребёнка без причины - от злости или бессилия, или от того, что был плохой день, или за неидеальность, или за незнание того, что невозможно было знать. Логика тут не действует, просто ребёнок во всём виноват и за всё отвечает, поэтому злиться и срываться на него вполне естественно – и в этой злости он виноват тоже.

Справедливость наказаний, поступков и любых методов воспитания родителя не обсуждается и не оспаривается, т.к. он всегда прав, а ребёнок всегда виноват. Вообще, спорить с родителем, подвергать его действия сомнению, а уж тем более, злиться на него - совершенно недопустимо, заслуживает наказания и ругани (см. выше про благодарность и вину).

Родитель не слышит, или очень плохо слышит реальные потребности, желания и состояние ребёнка: во-первых, ему это тяжело, это требует сил, а их и себе мало. Во-вторых, у ребёнка не может быть состояний, ожиданий и потребностей, а также пространства, которые отличаются от родительского взгляда на вещи, так как ребёнка как отдельного человека не существует (см. выше). Ребёнок – это такая удобная собственность и продолжение родителя - а с чего бы у собственности возникали какие-то потребности и желания, и, тем более, личные границы? Это, честное слово, смешно.

Мнение и комфорт окружающих волнуют родителя существенно больше, чем мнение и комфорт ребёнка, особенно - если между этими сферами жизни есть конфликт. Важно не позорить родителя и всегда быть приличным, а также задвигать свои потребности на десятый план, чего бы это ни стоило. Внешнее впечатление – первично.


Любовь и поддержка родителя не безусловна, она прямо зависит от того, насколько ребёнок удобен, идеален и успешен. Если по каким-то причинам у ребёнка таким быть не получается, не стоит рассчитывать на сохранение родительской любви. Более того, в такие моменты негодный ребёнок для родителя может перестать существовать, пока снова не вернётся к одобряемому шаблону поведения.

Родитель очень уязвим и слаб, поэтому он вообще не отвечает за свои поступки и чувства, его всегда нужно защищать и беречь. Именно о его ущербе и благополучии нужно заботиться в первую очередь, да он и сам это обычно делает. В случае, если ребёнку плохо – родитель, прежде всего, пытается уменьшить свой ущерб – через запрет детских переживаний, бегство, наказание. Часто ему от детских горестей становится хуже, чем ребёнку, так что надо о нём заботиться, даже если на это нет сил.

Родитель проявляет очень много опеки, заботы и контроля в отношении ребёнка, при этом его повышенное внимание – поверхностно и формально (еда-одежда-успехи, благополучие тела vs пренебрежение к внутреннему миру), основано на полном невнимании к реальному состоянию ребёнка и его потребностям, а только на следовании своим собственным идеям «как надо». Ну и иногда на важности впечатления, производимого на других (см. выше).

И так далее, и так далее, и так далее…

оригинал тут

@темы: крокодил, крокожу и буду крокодить, вам череп не жмет?